Весь мир – театр

Константин Лопушанский - это главный эсхатолог прекрасного российского кино. А наиболее известные замечательные его работы - это «Письма мёртвого человека», «Гадкие лебеди», и «Посетитель музея», - все это очень мрачные притчи о скором апокалипсисе, именно по вине человека все же разворачивающемся в совершенно неопределённом, однако все же весьма уж и недалёком будущем.
В новой же картине «Роль», недавно участвовавшей в самом основном конкурсе совсем недавнего прекрасного Московского кинофестиваля, сам Лопушанский вновь все же берётся и за тему самого конца веков. Но вот на сей раз, сам режиссёр обращается специально к конкретному периоду всей нашей истории.
 
Время действия фильма, лютую зиму давнего 1923 года, сам Лопушанский выбирает совсем не случайно. А его интересует вся атмосфера смуты, и безвременья, тоже так сказать своего рода такого постапокалипсиса, когда лишь завершилась одна какая-то эпоха, а вот другая ещё совсем не началась. Вот только-только по всей России пронеслась невероятная стихия под названием сама Гражданская война. А уцелевшие после неё какие-то обломки очень контрастируют со всеми представлениями об, конечно же обещанном прекрасном новом мире, и все же скорее напоминают какой-то ад, только вот ледяной. Широкая огромная панорама всего этого ада даётся лишь в аскетичной, но сдержанной стилистике самого Алексея Германа, и раннего прекрасного Глеба Панфилова, именно к лентам, которых сам Лопушанский и отправляет нас.